Вещие сны в разных культурах: всемирная история

На каждом обитаемом континенте и во все эпохи, о которых сохранились свидетельства, люди ложились спать с надеждой, что ночь откроет им что-то о завтрашнем дне. Египетский принц задремал в тени Сфинкса и проснулся с обещанием престола. Греческие паломники ночевали в храмах в ожидании исцеляющего сна. Жена римского консула умоляла мужа не выходить из дома в день его гибели. Лакота, искавшие видение, постились в одиночестве на холме, совершая hanbleceya - «мольбу о видении», а в Японии самый первый сон нового года до сих пор считается предвестием того, какими будут следующие двенадцать месяцев.

Перед вами путешествие по истории того, как человечество пыталось читать сны о будущем: Древний Египет и его древнейшая дошедшая до нас книга сновидений, Месопотамия и Греция, самый знаменитый сон-предостережение Древнего Рима, богатые и нередко неверно понимаемые традиции сновидений народов Северной Америки и Австралии, сонники Восточной Азии и счастливые первые сны года, авраамические священные тексты и необычные эксперименты Нового времени, пытавшиеся превратить предчувствия в систему раннего предупреждения. За четыре тысячи лет неизменными остались две вещи: люди записывают свои сны, и люди продолжают спорить о том, какие из них действительно сбылись.

Египет: принц, Сфинкс и древнейшая книга сновидений

Около 1400 года до н. э. молодой египетский принц Тутмос охотился неподалеку от Гизы и уснул в тени Великого Сфинкса, который к тому времени был почти по шею занесен песками пустыни. Во сне Сфинкс обратился к нему: освободи меня от песка, который меня погребает, и я сделаю тебя царем. Тутмос восстановил памятник и действительно стал фараоном Тутмосом IV, хотя, судя по всему, не был первым наследником престола. Об этой истории мы знаем потому, что он велел высечь ее на камне: Стела сна и сегодня стоит между лапами Сфинкса. Историки часто видят в этом блестящий политический ход - сон, использованный для оправдания неожиданного восшествия на престол. Но это лишь подчеркивает более важную мысль: в Египте сны обладали такой силой потому, что считалось, будто через них говорят боги.

Египет оставил нам и древнейшее из сохранившихся руководств по толкованию снов: папирус примерно 1220 года до н. э., известный сегодня как Рамессидская книга сновидений из папирусов Честер Битти, которая сейчас хранится в Британском музее. Ее формат сразу покажется знакомым каждому, кто хоть раз открывал сонник: строка за строкой идут записи вида «если человек увидит себя во сне...», затем описывается событие и указывается, добрый это знак или дурной. Иногда к неблагоприятным снам добавляется небольшой ритуал, призванный нейтрализовать предзнаменование. За три тысячи лет до современных приложений для толкования снов у людей уже существовала своя справочная литература по сновидениям.

Месопотамия и Греция: послания и исцеление

Самые древние сны мировой литературы пришли к нам из Месопотамии. В «Эпосе о Гильгамеше» герою снится падающий с неба метеорит и огромный топор, а его мать, богиня Нинсун, объясняет оба сна: скоро появится могучий друг - дикий человек Энкиду, который изменит его жизнь. Месопотамские цари записывали сны-послания от богов перед войнами и строительными проектами, писцы составляли списки знамений, связанных со снами, а профессиональные толкователи занимали официальное положение при дворе. Здесь повторяется та же закономерность, что и в Египте: сны считались настолько важными, что их записывали, систематизировали и использовали почти как государственный источник сведений.

Греки превратили в целую систему более мирную традицию - исцеляющие сны. В святилища Асклепия, бога врачевания, особенно в знаменитый Эпидавр, больные приезжали со всего Средиземноморья, чтобы переночевать на территории храма. Эта практика называлась инкубацией. Люди надеялись увидеть сон, в котором бог явится, прикоснется к больному месту или укажет способ лечения. Стены храмов постепенно покрывались надписями благодарных пациентов, рассказывавших именно о таких сновидениях. Как бы ни оценивать сами исцеления, эти святилища существовали столетиями, а значит, инкубация стала одной из самых долговечных непрерывных традиций, связанных со снами, в мировой истории.

Именно Греция подарила Западу и первый великий сонник, и первого великого скептика. Во II веке н. э. Артемидор из Далдиса путешествовал по праздникам и ярмаркам, расспрашивая людей об их снах, а затем изложил свои наблюдения в пятитомном труде «Онейрокритика». Он предложил различие, которым толкователи пользуются до сих пор: одни сны сбываются буквально, именно так, как были увидены, а большинство говорят языком символов и требуют толкования с учетом жизни самого сновидца. За пять веков до него Аристотель уже написал небольшой трактат о вещих снах и пришел к поразительно современному выводу: большинство таких снов - простые совпадения, некоторые отражают ранние признаки болезни, которые уже подает тело, а некоторые исполняются потому, что человек после сна начинает действовать иначе. Древний мир вовсе не был наивен: все основные стороны сегодняшнего спора существовали уже тогда.

Рим: Кальпурния и мартовские иды

Самый знаменитый сон в истории Рима принадлежит Кальпурнии, жене Юлия Цезаря. По словам античных историков, в ночь на 14 марта 44 года до н. э. ей приснилась смерть мужа. По одной из версий, она держала на руках его окровавленное тело. Утром Кальпурния умоляла Цезаря не идти в сенат. Он колебался и, как пишет Плутарх, был почти готов остаться дома, пока один из заговорщиков, Децим Брут, не высмеял его за то, что он прислушивается к женским снам, и не убедил выйти. В тот день, в мартовские иды, Цезарь был заколот. Шестнадцать веков спустя Шекспир навсегда увековечил это предостережение:

Когда умирают нищие, кометы не появляются; но небеса сами пылают, возвещая смерть властителей.

Calpurnia, in William Shakespeare's Julius Caesar

Наши источники были записаны спустя долгое время после этих событий, а история любит приукрашивать самые яркие сюжеты, поэтому никто не может с уверенностью сказать, что именно приснилось Кальпурнии той ночью. Но сам факт, что этот рассказ сохранился, уже говорит о многом: для римлян было совершенно естественно верить, что смерть человека такого масштаба могла заранее явить себя во сне его жены. Римская культура придавала огромное значение знамениям, а сны считались признанным способом получить предупреждение свыше.

Северная Америка: поиски видения и сокровенные желания души

Единого взгляда на сны у коренных народов Америки не существует. В Северной Америке живут сотни разных народов со своими языками, обрядами и живыми традициями, поэтому любой обзор может быть лишь уважительным знакомством с частью этого многообразия. У лакота существует священный обряд поиска видения - hanbleceya, который часто переводят как «плач о видении». Под руководством духовного наставника человек уединяется на холме, соблюдает пост, иногда в течение нескольких дней, и молится о видении, которое поможет понять свой путь и свои обязанности. Важно подчеркнуть, чем этот обряд не является: это не гадание и не попытка узнать будущее. Искомое видение дает не предсказание, а направление - понимание собственного места и предназначения, в которое человек может врастать всю жизнь.

Самое известное опубликованное свидетельство такого опыта принадлежит Черному Лосю, духовному наставнику оглала-лакота. В девятилетнем возрасте, тяжело заболев и несколько дней пролежав без сознания, он пережил грандиозное видение сил, управляющих миром. Духовные лидеры его народа признали это переживание необыкновенным, а сам он до конца своей долгой жизни воспринимал его как источник своего призвания. Спустя десятилетия он рассказал об этом поэту Джону Нейхардту, и появившаяся книга «Черный Лось говорит» стала одним из самых читаемых духовных произведений XX века. Какими бы ни были личные убеждения читателя, сама традиция говорит ясно и достойно: великое видение - это не счастливый билет с ответом о завтрашнем дне, а ответственность, определяющая всю жизнь.

Дальше к востоку хауденосауни (ирокезы) создали одну из самых глубоких традиций понимания сновидений. Во снах раскрывался ondinnonk - скрытое желание души. Если сон оставался без внимания, считалось, что душа лишается необходимого, а следом приходят болезнь и несчастья. Поэтому сны рассказывали друг другу, обсуждали и старались воплотить их смысл в жизнь. Особый обряд угадывания снов входил в церемонию середины зимы. Иезуитские миссионеры XVII века с удивлением описывали все это в своих донесениях, а в 1958 году антрополог Энтони Уоллес в знаменитой статье высказал мысль, что хауденосауни, по сути, сформулировали представление о скрытых желаниях сновидящего разума за столетия до Фрейда. На этом фоне вопрос о предсказании будущего почти теряет смысл: сон выступал как диагностика и как обязательство, через которое душа сообщала общине, что ей необходимо дальше.

Австралия: когда «Время Сновидений» не означает сны

Австралия требует самого важного уточнения во всем нашем путешествии. Знаменитое аборигенное «Время Сновидений» вовсе не связано со сном. Само название возникло из английского перевода XIX века и неточно передает такие понятия, как Tjukurpa, обозначающее вечный порядок предков: законы, истории, песни и духовных существ, сформировавших землю и продолжающих поддерживать ее существование, где прошлое, настоящее и будущее сосуществуют одновременно. Многие аборигены считают выражение «Время Сновидений» вводящим в заблуждение именно потому, что оно заставляет воспринимать живой закон как нечто воображаемое. Сны во время сна действительно важны во многих традициях аборигенов, в том числе как пространство общения с родной землей и с ушедшими людьми, но само Период Сновидений не является сном. Понимание этой разницы - один из важнейших признаков уважительного отношения к культуре. Это хороший пример того, насколько английское слово «dream» оказалось вынуждено вместить гораздо больше смыслов, чем способно передать.

Восточная Азия: Чжоу-гун и первый сон года

В Китае искусство толкования снов связано с именем государственного деятеля, которого почитают уже три тысячи лет, - Чжоу-гуна. Сонник Zhougong Jiemeng был составлен спустя много времени после его жизни, однако само приписывание книги его имени показывает, каким уважением пользовалась эта тема. Сонник читают и сегодня, хотя теперь чаще всего через сайты и мобильные приложения. Имя Чжоу-гуна даже вошло в разговорную речь: китайцы до сих пор шутят, что человек, задремавший на минуту, «отправился повидаться с Чжоу-гуном». Немногие культуры сумели сохранить одну и ту же книгу о снах настолько популярной на протяжении стольких веков.

В Японии существует одна из самых обаятельных традиций вещих снов - hatsuyume, первый сон нового года, который считается предзнаменованием следующих двенадцати месяцев. Старинная пословица перечисляет самые счастливые образы: на первом месте гора Фудзи, затем ястреб и после него баклажан. По классическому объяснению все три связаны с провинцией Суруга, владением сёгуна Токугавы Иэясу, знаменитой своей великой горой, ястребами и ранними баклажанами. Есть и игра слов: японское слово taka («ястреб») созвучно слову со значением «высокий», а nasu («баклажан») созвучно глаголу «добиваться, достигать». В прежние века люди даже клали под подушку изображение корабля сокровищ Семи богов счастья в новогоднюю ночь, надеясь увидеть счастливый сон. Так целая страна раз в году немного старалась склонить удачу на свою сторону.

Авраамическая традиция

Священные тексты авраамических религий переносят это убеждение в область богословия. В еврейской Библии и христианской традиции Иосиф толкует сон фараона о тучных и тощих коровах и помогает спасти Египет от голода, Даниил объясняет сны вавилонских царей, а в Евангелиях Иосиф получает во сне предупреждение и уводит свою семью в безопасное место. Подробнее об этом читайте в нашем материале сны в Библии. В исламе учение об истинных снах получило особенно четкие рамки: правдивый сон, руъя садика, считается отблеском пророческого света, тогда как большинство снов признаются обычными, а верующих предостерегают от ненужного страха перед ними. Этой теме посвящено отдельное руководство - истинные сны в исламе. Во всех этих традициях повторяется одна и та же закономерность: к снам относятся с уважением, но одновременно существуют строгие представления о том, какие сны действительно имеют значение.

От храмовых ступеней до картотечных шкафов

Этот интерес к снам никогда не исчезал - он лишь менял форму. В 1960-х годах, после того как сон валлийской школьницы предшествовал катастрофе в Аберфане, британский психиатр открыл настоящее Бюро предчувствий, где люди могли заранее регистрировать свои сны до наступления событий. Вскоре подобный архив появился и в Нью-Йорке. Так древний храмовый портик словно превратился в картотечный шкаф. Полную историю этого эксперимента, его результаты и мнение науки о снах, которые кажутся вещими, вы найдете в нашем материале могут ли сны предсказывать будущее. Но обратите внимание, что объединяет все этапы этого путешествия: от Стелы Сна и папируса эпохи Рамессидов до храмовых надписей Эпидавра и датированных карточек бюро. Во всех случаях люди были убеждены, что сон стоит записать. У фараона была стела. У Данна был блокнот. И по крайней мере в этом первый шаг традиции понимают одинаково.

За четыре тысячи лет люди, размышлявшие о снах, сошлись во мнении лишь в немногом: Сфинкс сулит престол, представители народа Хауденосауни слышат в снах скрытые желания души, Аристотель объясняет совпадения, а в Японии по первому сну года даже судят о том, каким будет весь год, и особое значение придают баклажану. Но в одном их взгляды совпадают полностью. Если вы хотите понять сон, его нужно записать с датой, пока дневные заботы не вытеснили впечатления. Эта привычка появилась раньше большинства алфавитов, и именно ее можно начать практиковать уже сегодня. Ruya предлагает личный дневник сновидений с датами, а когда кажется, что сон значит нечто большее, чем просто сон, помогает обратиться к методам толкования, основанным на психологии, а также духовных и религиозных традициях народов мира.